Сочинение: Можно ли оправдать преступление благими намерениями?

Ниже представлен переработанный текст итогового сочинения, объединяющий основные идеи и аргументы из предложенных материалов. Текст написан в стиле, удобном для переписывания в тетрадь, и содержит около 250 слов. Тема: Можно ли оправдать преступление благими намерениями? Вопрос о том, способно ли «одно крошечное преступленьице» загладиться тысячами добрых дел, является центральным в романе Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание». Многие люди ошибочно полагают, что великая цель оправдывает любые средства. Однако история и литература доказывают обратное: зло, совершенное ради добра, все равно остается злом и разрушает душу человека. В качестве первого аргумента обратимся к образу Родиона Раскольникова. Главный герой решается на убийство старухи-процентщицы, руководствуясь «арифметикой»: одна жизнь никчемного человека в обмен на тысячи спасенных судеб. Но совершив этот шаг, он не находит в себе сил творить добро. Преступление меняет его психику, отгораживает от людей и погружает в мучительную изоляцию. Достоевский показывает, что невозможно идти по пути добродетели в «окровавленных башмаках». Истинное искупление приходит к герою не через добрые дела, а через глубокое раскаяние и отказ от своей бесчеловечной теории. Другой пример мы находим в поэме Н.А. Некрасова «Кому на Руси жить хорошо?». Ермил Гирин, будучи честным и уважаемым человеком, однажды оступился, избавив брата от рекрутчины за счет другого крестьянина. Несмотря на то, что он сделал много хорошего для народа, совесть не дает ему покоя. Ермил понимает, что даже «малое» нарушение справедливости нельзя оправдать прошлыми заслугами. Только публичное покаяние и попытка исправить ошибку позволяют ему сохранить человеческое достоинство. Подводя итог, можно сказать, что добро и зло — понятия несовместимые. Нельзя построить счастье большинства на несчастье или крови одного человека. Любое преступление, даже совершенное с благородным умыслом, оставляет неизгладимый след в душе и требует искреннего раскаяния, а не простого подсчета добрых поступков.